НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКОЕ КРАСНОБАЙСТВО

 

Бросив одну, учебную, «лимонку» в сообщество учителей, я  изо всех сил старался не сорваться, не взять в руки боевую. Не получилось. Выдернув чеку, я крепко сжимал до поры до времени мою смертоносную вещицу в кулаке. Меня резко дернули, толкнули, надавили, и я выпустил ее из рук. Разразился страшный взрыв. Были «убитые» и «раненые». Но главный враг выжил, оправился от удара, отделался легким  испугом. До сих пор мы терпели друг друга, мирились с нашей несхожестью, старались обходить острые углы. Но теперь… Настала пора расставить все точки над i.  Сделать контрольный выстрел в голову.

            В одной из образовательных вотчин нашего родного края правит барин. Вернее будет назвать его Баем, учитывая как национальность последнего, так и азиатские методы руководства, унаследованные им с советской эпохи. Бай родом из СССР, вскормлен молоком матери-партии, плоть от плоти советский партократ-номенклатурщик. В прошлом не столь отдаленном – либерал и демократ, исповедующий общечеловеческие ценности и «по-новому политически мыслящий», в настоящем – патриот-государственник «ЕдРоссовского» замеса. Плавно перетекая из эпохи в эпоху, из режима в режим, Бай лишь менял маски, оставаясь по внутренней сути своей махровым узкоэтническим националистом. История, как мы с вами знаем, не новая. Видели мы уже и Ниязова, и Назарбаева, продолжаем лицезреть Шаймиева и Рахимова. В их хитрых прищуренных глазах видим мы лишь ханжество и лицемерие. В крови у них – неискоренимый конформизм, способность адаптироваться к любой среде, скрывающая устойчивую и неистребимую неприязнь к России и ко всему русскому. Наш «герой» из той же породы.

            Бай живет припеваючи: имеет роскошный дом, ездит на красивом белом «Опеле», одевается с иголочки. Дети и внуки прекрасно устроены. Не жизнь, а сказка! Бай гордится собой и своей вотчиной. Любит принимать гостей, устраивать пышные приемы, получать подарки. Окружают Бая его нукеры. Они хоть и в юбках, но в гневе пострашнее трехголового цербера бывают. Близко не подходи, косо не смотри, и, самое главное, не разевай рот на строгого, но справедливого хозяина. Если ты войдешь в доверие к Баю, будешь разделять его воззрения, поддерживать его начинания, то жизнь твоя начнет налаживаться. Но если выступишь против, тебе несдобровать. Узнаешь вкус ханского сапога.

            А вот воззрения то у Бая весьма экстравагантные. Помимо руководства вотчиной балуется Бай преподаванием русского языка и русской же литературы. И конечно, имеет свое собственное видение как отечественной истории, так и культуры. Более того, любит Бай изучать российскую историю. Правда предпочитает делать это не по историческим источникам или монографиям, а по телепрограммам Сванидзе и Радзинского.

            Помнится, когда я только попал в вотчину Бая, был ошарашен его интеллектуальными изысками. Так, по мнению Бая, гоголевский Тарас Бульба – террорист! И уж никак не национальный герой и не пример для подражания. Герои «Слова о полку Игореве» князья Игорь и Всеволод – вероломные захватчики, напавшие на «беззащитных» половцев во время отсутствия корма для скота. И вообще, заявил однажды в присутствии подчиненных Бай, не объясняется ли нынешний всплеск терроризма тем, что мы так долго восхищались личностями вроде Разина и Пугачева. Робкие попытки возражения со стороны коллег как всегда потонули в краноБАЙстве хозяина.

            Если следовать этой логике, то Басаев с Радуевым захватывали больницы с беременными бабами и детьми, начитавшись во времена комсомольской юности «Капитанской дочки». А иорданец Хаттаб, проштудировав арабский перевод «Тараса Бульбы», был так потрясен прочитанным, что незамедлительно прибыл в Россию жечь русские танки и резать головы русским солдатам. Рецидивы сатанизма в таком случае можно объяснить влиянием других «вредных» книг того же Гоголя. Таких, как «Пропавшая грамота» или даже, «Ночь перед Рождеством».

            Предметом особой заботы Бая является этап взаимоотношений Руси и Золотой Орды, а также ее осколков. Казанского ханства, например. Возомнив себе чуть ли не Чингизидом, Бай по-своему, по-монгольски, трактует эпизоды этого героического и трагического периода российской истории. Сколько было пролито байских слез по поводу взятия Казани и жестокой расправы над местным населением! Сколько пламенных, исполненных праведного гнева, речей произнес он в защиту казанских татар! Сколько проклятий было адресовано в адрес бесчеловечных русских агрессоров! Особенно интересен был тезис Бая о том, что даже Ватикан был возмущен действиями русского царя!

            Я тогда возразил Баю, напомнил ему о том, что, согласно исследованиям российских историков, того же Льва Гумилева (которого Бай, конечно же, глубоко уважает),  в Казани находилось до ста тысяч русских пленников. А постоянные набеги на приграничные территории всё больше и больше увеличивали число русских невольников. Что же касается резни во взятом городе, то подобные расправы были обычным явлением в то жестокое время. И взятие Казани – это чуть ли не единственный кровавый эпизод на пути продвижения русских на Восток. Напомнил я ему, что примерно в тоже самое время, когда Ватикан гневно осуждал расправу над казанцами, во Франции был совершен куда более кровавый акт. Речь идет о массовом убийстве гугенотов во время Варфоломеевской ночи, когда было уничтожено до 4 тысяч французских протестантов. А волна убийств, прокатившаяся по стране унесла жизни ещё 30 тысяч. Ватикан не только не был возмущен подобным варварством, но и благословил его. Когда же я назвал взятие Казани своего рода контртеррористической операцией, то сразу же получил клеймо националиста.

             Когда Бай начинает восхвалять великую и могущественную Золотую Орду, ее несметные  богатства, красоту  сооружений,  технические достижения, водопроводы и бани, бассейны с золотыми рыбками, мне порой кажется, что если сейчас его не остановить, то мы узнаем, что именно здесь, в степях Нижнего Поволжья зародились такие явления, как Возрождение и Просвещение, именно здесь были сделаны величайшие научные открытия, здесь творили Данте и Петрарка. Только вот злобные и завистливые историки, как советские, так и русские дореволюционные, намеренно исказили факты. Забывает почему-то Бай-Чингизид, что богатства и могущество Золотой Орды являлись отнюдь не результатом внутреннего развития, а жесточайших завоеваний. Когда полмира платит дань, можно и рыбок золотых себе позволить.

            Любит Бай поиздеваться над личностью Дмитрия Донского, являвшегося, по его мнению, всего лишь жалким трусом. Любит посмеяться над «выдумкой» монахов о поединке Пересвета с Челубеем. Повторяет Бай по поводу и без повода весьма спорный гумилевский тезис о том, что ордынского ига  вовсе не было, а взаимоотношения Руси и орды можно оценить как союз. Не вдаваясь в подробности, хочу заметить, что союз – это явление, возникающее все-таки на добровольной основе. Но батыево разорение  вряд ли было желанным для сотен тысяч русских людей.

            Гневно осуждает Бай бия Ногайской орды Исмаила, принявшего подданство России. И все последующие тяготы ногайского народа объясняет он принятием этого неверного решения.

            Проклинает Бай русского полководца Александра Суворова, с особой жестокостью подавлявшего некое национальное восстание XVIII века. В вотчине своей, на втором этаже усадьбы, повесил Бай стенд, повествующий об истории своего народа. А имя Суворова на этом стенде как раз и связано с преступлением против человечности, совершенным более двухсот лет назад. Не обошел своим вниманием Бай и Белого генерала Скобелева, «отличившегося» циничным уничтожением туркмен во время покорения средней Азии. Характерно, что восставшим нацменам Бай симпатизирует, а вот крестьянские войны под предводительством Разина и Пугачева вызывают у него совсем иные чувства. А ведь воинство и того, и другого состояло отнюдь не только из русских крестьян или казаков.

            Русскую историю Бай воспринимает как непрерывную цепь безобразий и преступлений. Спорные, а то и бесспорные факты, трактует он в неизменном антирусском духе. Даже брошюрку в свое время дал мне почитать, где перечисляются все «преступления империи», начиная года аж с 907-го, а то и ранее. Находясь на руководящем посту, формируя мировоззрение учащихся, Бай не только позволяет себе высказывать подобные суждения о русской истории, но и считает необходимым навязывать свое мнение.

            Я как-то заметил Баю, что если мы с Вами придем, скажем, в чеченское село преподавать историю или литературу, и будем называть Россию «империей зла» или «тюрьмой народов», то нас этим же вечером и прирежут где-нибудь за углом как представителей этой самой империи. Баи наивно ответил, что, мол, надо все-таки называть Россию «империей зла», надо говорить о том, что мы вас, ребята, завоевали, но вот теперь все будет по-другому. Ну что за детский сад!

            История человечества, и русская особенно, состоит из больших и малых событий, которые обрастают со временем мифами. Мифы эти могут быть нейтральными, созидательными или разрушительными. Ну какой смысл спорить и опровергать факт поединка Пересвета с Челубеем? Может быть, его и не было, ну и что с того? Какая здесь почва для националистической ярости? Есть миф о поединке, пусть он и останется. Это пример нейтрального мифа. Я думаю, не было свидетелей и того, как политрук Клочков произносил в 1941-ом свои знаменитые слова: «Велика Россия, а отступать некуда: за нами Москва!» Но ведь мог произнести! И сотни других, неизвестных нам политруков могли сказать те же слова, снабдив их при этом отборным русским матом. А кто не сказал, тот думал так же. Может быть, и этот миф следует опровергнуть? Если стоит, то во имя чего? Ведь миф этот явно созидательный. А вот разрушительные мифы о том, что революцию 1917 года совершили большевики, что 1937-ой год-это трагедия народа, что зверски убитый собственным отцом и дедом Павлик Морозов-это символ предательства, подобные красноБАИ опровергать не хотят. Более того, получив все, что только можно от советской власти, будучи когда-то ее апологетами, эти деятели, сразу после крушения советской системы стали бросать камни и комья грязи в советское прошлое. Продолжают это делать до сих пор. Они не унимаются, не довольствуются очернением социалистического прошлого нашей страны, а идут, как мы видим, дальше, оплевывая всю историю государства российского, начиная с Рюрика и князя Олега. С какой-то маниакальной настойчивостью стараются красноБАИ вырыть кости мертвых, дабы посеять раздор среди живых. Российскую цивилизацию они рассматривают с точки зрения внутренних эмигрантов:  как враждебную среду, в которой по злой воле судьбы им выпало существовать. Не желают они стать органической частью русской цивилизации, радоваться ее успехах и переживать ее поражения. Мечтают они в глубине души о своем, национальном, реванше.

            Кто-то из читателей может не поверить моим словам и недоуменно воскликнуть: «Неужели все это правда?» Тяжело вздохнув, грустно отвечу: «Хуже правды».

            Обращаюсь к родителям детей школьного возраста. Хотите ли вы, чтобы этот или подобный ему Бай впаривал в неокрепшие головы ваших детей подобный националистический вздор, ведущий к смятению в душе, а, в конечном счете, к большой трагедии?

            Обращаюсь к членам партии «Единая Россия». Ваши лидеры все время говорят о национальном единении и согласии. Не смущает ли вас пребывание в ваших рядах подобных баев?

            Обращаюсь к представителям правоохранительных органов. В России, кажется, действует «Закон об экстремизме». Не подпадают ли действия и высказывания нашего красноБАЯ под какие-то статьи упомянутого закона? Если подпадают, то я с удовольствием выступлю свидетелем со стороны обвинения.

Александр Токарев
Астрахань